Приятного прочтения.

СПАРТА, КРИТ, ФЕССАЛИЯ И БЕОТИЯ В 1Х-НАЧАЛЕ V В. ДО Н. Э.

Фессалия представляет обширную, самую большую в Элладе, низменность, ограниченную со всех сторон холмами и горными хребтами: на севере — Олимпом, на западе — Пидном, на востоке — Оссой и Пелионом, — Ахайским хребтом, а вслед за ним хребтом Этой, тянущимся параллельно Ахайскому. Фессалий-ская равнина орошается самой большой из рек Эллады —, Пенеем. Эта равнина очень плодородна и удобна как для. Хлебопашества, так и для скотоводства и коневодства (вплоть до эллинистического периода Фессалия владела лучшей конницей  в  Греции).

Из Фессалии вывозились в большом количестве хлеб и мясо. Значительная часть фессалийской равнины была в древнейшие времена покрыта лесом; характерно, что еще в V в. старинные должностные лица, уже утратившие власть и ставшие только «эпонимными» (по ним датировался год), назывались «лесными надзирателями». Между Ахайским хребтом и Этой лежала другая, небольшая и не столь плодородная равнина, орошаемая рекой Сперхеем. Удобные, защищенные от ветра гавани Иолк и лежавшие рядом Пагасы располагались на юге страны в Пагассейском заливе. Язык фессалийцев, как и беотийцев, в классическое время представлял смесь двух элементов: дорийского и эолийского. Смешанный характер языка подтверждает историческую традицию, по которой Фессалия была в микенскую эпоху населена эолийскими племенами. Тогда она была одной из ведущих культурных стран европейской Греции, как показывают и данные раскопок и та роль, которую играет фессалийский герой Ахи, л в «Илиаде».

В эпоху дорийского завоевания переселенцы, как и всюду, захватили наиболее плодородные низменные места. Прежнее эолийское население—пенесты, хотя и сохранило частично свои территории и свое племенное устройство, но лишилось свободы и стало в зависимые отношения к победителям, поставляя контингенты в их войска и платя им день.

Население собственно   Фессалии   делилось   на   четыре   группы. Первую группу составляли «династы» — члены немногих знатных родов, владельцы больших земельных территорий, фактически сосредоточившие в своих руках власть. Ко второй группе относились средние и мелкие свободные землевладельцы, бывшие клиентами одного из «династов». Они служили в войске, в зависимости от своего имущества,  всадниками или гоплитами. Эта группа населения не должна была заниматься торговлей или ремеслами под угрозой лишения гражданских прав. Даже на народные собрания они собирались не на рыночной площади, как в других греческих полисах, а на особой «свободной агоре», где всякого рода торговля была запрещена. Третью группу составляли ремесленники и  торговцы,  представлявшие  лично свободную,  но политически бесправную группу.  Положение основной массы производителей, пенестов, входивших в четвертую группу, мало чем отличалось от поло-

 

жения спартанских илотов в VIIVI вв. до н. э. Пенест, как и илот, сидел на отведенном ему участке земли, владел домом и движимостью; он не мог уйти со своего участка, обязан был отдавать определенную часть урожая землевладельцу и беспрекословно исполнять его приказания, но владелец не мог ни убить пенеста, ни продать его за границы своего участка. Восстания пенестов, как и восстания илотов, были обычным явлением.

Все эти особенности социальной структуры Фессалии   напоминали   общественный строй гомеровской Греции. Земля поделена была на участки (клеры). Однако эти клеры не имели ничего общего с мелкими крестьянскими наделами, носившими то же название в Аттике и Беотии. В случае войны каждый фессалийский клер должен был выставить 40 всадников и 80 гоплитов. Чтобы выставить подобное  ополчение,  каждый  клер должен был занимать площадь примерно в 1600—1800 га; ясно, что такие клеры принадлежали лишь крупным землевладельцам и их могло быть во всей Фессалии   только около 200. По отношению к этим землевладельцам все остальное свободное  население стояло на положении зависимых людей, получая от них для обработки участки земли.

Оглавление

О книге.

Книга "Древняя Греция" выпущена издательством академии наук СССР в Москве в 1956 году.

Ответственные редакторы: академик В.В. Струве; доктор исторических наук Д.П. Каллистов.